Версий отравления Ющенко должно быть больше

Заместитель генпрокурора Ренат Кузьмин считает, что версий в деле об отравлении президента Виктора Ющенко должно быть гораздо больше.

Об этом он сказал в понедельник в интервью "Комсомольской правде", опубликованном во вторник, 14 апреля.

"Дело об отравлении президента, так же, как и дело о смерти Георгия Гонгадзе, я получил "в наследство" от своего предшественника. И, когда начал разбираться, пришел к выводу о необходимости замены следственных групп по ним", - рассказал Кузьмин.

"Дело в том, что при расследовании любых неочевидных преступлений всегда нужно выдвинуть максимальное количество версий: по возможным субъектам преступления, по его мотивам и так далее", - считает замгенпрокурора.

"Каждая из них проверяется, по мере отработки отсекаются версии, не нашедшие подтверждения. Так должно быть и по делу об отравлении президента, и по делу Гонгадзе", - заявил он.

Кузьмин отметил, что "следователи, расследовавшие отравление Ющенко, отрабатывали одну-единственную версию - об отравлении на даче у Сацюка".

"Представьте себе, этих версий должно быть гораздо больше! Например, на даче у одного из руководителей "Фокстрота", где был президент, или в гостинице, где он завтракал, либо на встрече с избирателями", - уверен заместитель генпрокурора.

"И таких мест могло быть множество. Среди версий нужно было рассматривать и то, что отравления не было вообще, а поражения на лице - результат медицинских манипуляций", - сказал он.

"Следователи должны были вычислить ориентировочное время отравления, узнать график работы президента и на этом временном промежутке отработать все возможные версии. И, исключив не подтвердившиеся, прийти к одной единственно правильной", - считает Кузьмин.

Он отметил, что "такая же схема действий и по делу Гонгадзе, так это должно было быть в идеале".

"Я тогда собрал совещания по обоим делам, высказал претензии, предложил расширить количество версий, подготовить новые планы расследования. После этого прошло совсем немного времени, я сменил составы следственно-оперативных групп", - рассказал Кузьмин.

"Встретился с мамой Гонгадзе, а по отравлению президента пообщался с участниками событий. Но очень скоро расследование этих дел и надзор за ними были возложены на другого замгенпрокурора", - заявил он.

Отвечая на вопрос, с чем он связывает свое отстранение от этих дел, Кузьмин сказал: "С чем связано - не знаю. Это право генерального прокурора. Мне известен лишь один факт: дело об отравлении президента у меня забрали по просьбе самого президента".

"Мне сложно говорить об этих делах. Вот уже два года я не имею к ним никакого отношения, а только вижу, как толпы людей приходят в здание, в котором я работаю: разные политики, футболисты, хоккеисты, а работники следственной группы ездят в машинах с мигалками и охраной из СБУ", - отметил Кузьмин.